Неточные совпадения
— А сколько бы вы дали? — спросил Плюшкин и сам ожидовел:
руки его
задрожали, как ртуть.
Она призадумалась, не спуская с него черных глаз своих, потом улыбнулась ласково и кивнула головой в знак согласия. Он взял ее
руку и стал ее уговаривать, чтоб она его поцеловала; она слабо защищалась и только повторяла: «Поджалуста, поджалуста, не нада, не нада». Он стал настаивать; она
задрожала, заплакала.
Увидав его выбежавшего, она
задрожала, как лист, мелкою дрожью, и по всему лицу ее побежали судороги; приподняла
руку, раскрыла было рот, но все-таки не вскрикнула и медленно, задом, стала отодвигаться от него в угол, пристально, в упор, смотря на него, но все не крича, точно ей воздуху недоставало, чтобы крикнуть.
— Вообрази себе, — говорил мне некогда мой друг, — что кофе, налитый в твоей чашке, и сахар, распущенный в оном, лишали покоя тебе подобного человека, что они были причиною превосходящих его силы трудов, причиною его слез, стенаний, казни и поругания; дерзай, жестокосердой, усладить гортань твою. — Вид прещения, сопутствовавший сему изречению, поколебнул меня до внутренности.
Рука моя
задрожала, и кофе пролился.
Войдя в кабинет с записками в
руке и с приготовленной речью в голове, он намеревался красноречиво изложить перед папа все несправедливости, претерпенные им в нашем доме; но когда он начал говорить тем же трогательным голосом и с теми же чувствительными интонациями, с которыми он обыкновенно диктовал нам, его красноречие подействовало сильнее всего на него самого; так что, дойдя до того места, в котором он говорил: «как ни грустно мне будет расстаться с детьми», он совсем сбился, голос его
задрожал, и он принужден был достать из кармана клетчатый платок.
«Неужели это правда?» подумал Левин и оглянулся на невесту. Ему несколько сверху виднелся ее профиль, и по чуть заметному движению ее губ и ресниц он знал, что она почувствовала его взгляд. Она не оглянулась, но высокий сборчатый воротничок зашевелился, поднимаясь к ее розовому маленькому уху. Он видел, что вздох остановился в ее груди, и
задрожала маленькая
рука в высокой перчатке, державшая свечу.
У Клима
задрожали ноги, он присел на землю, ослепленно мигая, пот заливал ему глаза; сорвав очки, он смотрел, как во все стороны бегут каменщики, плотники и размахивают
руками.
Гость проглотил обиду ("только ложка в
руке его
задрожала", — говорит летописец), но в душе поклялся отомстить.
Но голос его пресекся, развязности не хватило, лицо как-то вдруг передернулось, и что-то
задрожало около его губ. Илюша болезненно ему улыбался, все еще не в силах сказать слова. Коля вдруг поднял
руку и провел для чего-то своею ладонью по волосам Илюши.
Голос его
задрожал, и он действительно протянул было
руку, но Николай Парфенович, всех ближе к нему находившийся, как-то вдруг, почти судорожным каким-то жестом, припрятал свои
руки назад. Митя мигом заметил это и вздрогнул. Протянутую
руку свою тотчас же опустил.
— Вера! — в радостном ужасе сказал он,
задрожав и хватая ее за
руку.
Он обвел всех глазами, потом взглянул в мой угол… и вдруг
задрожал, весь выпрямился, поднял
руку; все в один раз взглянули туда же, на меня — на минуту остолбенели, потом все кучей бросились прямо ко мне…
Она вздрогнула от испуга так, что и он
задрожал. В это же мгновение
рука ее с письмом быстро опустилась в карман.
Молодой человек взял письмо; и он побледнел, и у него
задрожали руки, и он долго смотрел на письмо, хотя оно было не велико, всего-то слов десятка два...
Что хотел сказать Рогожин, конечно, никто не понял, но слова его произвели довольно странное впечатление на всех: всякого тронула краешком какая-то одна, общая мысль. На Ипполита же слова эти произвели впечатление ужасное: он так
задрожал, что князь протянул было
руку, чтобы поддержать его, и он наверно бы вскрикнул, если бы видимо не оборвался вдруг его голос. Целую минуту он не мог выговорить слова и, тяжело дыша, все смотрел на Рогожина. Наконец, задыхаясь и с чрезвычайным усилием, выговорил...
— Небось! Я хоть и взял твой крест, а за часы не зарежу! — невнятно пробормотал он, как-то странно вдруг засмеявшись. Но вдруг все лицо его преобразилось: он ужасно побледнел, губы его
задрожали, глаза загорелись. Он поднял
руки, крепко обнял князя и, задыхаясь, проговорил: — Так бери же ее, коли судьба! Твоя! Уступаю!.. Помни Рогожина!
Но когда я, в марте месяце, поднялся к нему наверх, чтобы посмотреть, как они там „заморозили“, по его словам, ребенка, и нечаянно усмехнулся над трупом его младенца, потому что стал опять объяснять Сурикову, что он „сам виноват“, то у этого сморчка вдруг
задрожали губы, и он, одною
рукой схватив меня за плечо, другою показал мне дверь и тихо, то есть чуть не шепотом, проговорил мне: „Ступайте-с!“ Я вышел, и мне это очень понравилось, понравилось тогда же, даже в ту самую минуту, как он меня выводил; но слова его долго производили на меня потом, при воспоминании, тяжелое впечатление какой-то странной, презрительной к нему жалости, которой бы я вовсе не хотел ощущать.
Помните, как в прошлом году я под осень гостила у вас, про нее тогда я вам сказывала, что как скоро заговорила я с ней, едва открывая «тайну», дух на нее накатил — вся
задрожала, затрепетала, как голубь, глаза загорелись, и без чувств упала она ко мне на
руки.
Как полотно побледнела Дуня, и глаза ее разгорелись… Хотела что-то сказать, но не могла…
Задрожала вся и без памяти упала на
руки Марьи Ивановны.
Руслан, досаду в сердце кроя,
Грозит ей молча копием,
Трясет его
рукой свободной,
И,
задрожав, булат холодный
Вонзился в дерзостный язык.
И вдруг ее коричневое лицо собралось в чудовищную, отвратительную гримасу плача: губы растянулись и опустились по углам вниз, все личные мускулы напряглись и
задрожали, брови поднялись кверху, наморщив лоб глубокими складками, а из глаз необычайно часто посыпались крупные, как горошины, слезы. Обхватив
руками голову и положив локти на стол, она принялась качаться взад и вперед всем телом и завыла нараспев вполголоса...
И точно слезы
задрожали вдруг в ее голосе. Мне стало ужасно стыдно: я взял ее
руку и крепко поцеловал.
Быть может, непристойно девице так откровенно говорить с мужчиной, но, признаюсь вам, если бы мне было дозволено иметь какие-то желания, я хотела бы одного: вонзить ему в сердце нож, но только отвернувшись, из страха, что от его отвратительного взгляда
задрожит моя
рука и замрет мое мужество.
Когда Татьяна Павловна перед тем вскрикнула: «Оставь образ!» — то выхватила икону из его
рук и держала в своей
руке Вдруг он, с последним словом своим, стремительно вскочил, мгновенно выхватил образ из
рук Татьяны и, свирепо размахнувшись, из всех сил ударил его об угол изразцовой печки. Образ раскололся ровно на два куска… Он вдруг обернулся к нам, и его бледное лицо вдруг все покраснело, почти побагровело, и каждая черточка в лице его
задрожала и заходила...
Он всплеснул
руками, тихо промолвил: «В Покров», — побледнел, весь
задрожал и конечно бы упал, если б Кальпинский не подхватил его и не посадил на стул.
Через несколько минут рама в одном из указанных вошедшею в дом женщиною окон
задрожала. Долго она не уступала усилиям слабой
руки, но, наконец, открылась и хлопнула половинками по ломаным откосам.
Наконец, когда она, полубольная, с безнадежностью в душе, сидела однажды на своем месте под деревом, вдруг послышался ей шорох; она обернулась и
задрожала от радостного испуга: перед ней, сложа
руки крестом, стоял Александр.
Он
задрожал, пошатнулся и упал бы, если бы близ стоящие свидетели не подхватили его под
руки.
Она боком, развязно села на стол, положив ногу на ногу. Ромашов увидел, как под платьем гладко определилась ее круглая и мощная ляжка. У него
задрожали руки и стало холодно во рту. Он спросил робко...
Это говорил Николаев. Газета
задрожала в
руках Ромашова.
Он не договорил, но так крепко сжал в кулак свою маленькую
руку, державшую поводья, что она
задрожала. Лбов вдруг затрясся от смеха и прыснул.
При первой строчке
рука его
задрожала, но он дочитал письмо спокойно, встал, бережно сложил его, потом сел на стул и обернулся головою к окну.
Отец Василий, все еще не могший оправиться от смущения, принял письмо от Егора Егорыча дрожащей
рукой; когда же он стал пробегать его, то хотя
рука еще сильней
задрожала, но в то же время красноватое лицо его просияло радостью, и из воспаленных несколько глаз видимо потекли слезы умиления.
— Зачем ему говорить?.. Зачем?.. — тоже почти стонала и gnadige Frau, поднимая упавшее из
рук Сусанны Николаевны письмо Пилецкого и быстро пробегая его, причем у нее тоже, как и у Сусанны Николаевны,
задрожали руки и глаза наполнились слезами.
Минкина выхватила из
рук Паши щипцы, разорвала ей рубашку и калеными щипцами начала хватать за голую грудь бедной девушки. Щипцы шипели и дымились, а нежная кожа лепестками оставалась на щипцах. Паша
задрожала всем телом и глухо застонала; в глазах ее заблестел какой-то фосфорический свет, и она опрометью бросилась вон из комнаты.
Героем моим, между тем, овладел страх, что вдруг, когда он станет причащаться, его опалит небесный огонь, о котором столько говорилось в послеисповедных и передпричастных правилах; и когда, наконец, он подошел к чаше и повторил за священником: «Да будет мне сие не в суд и не в осуждение», — у него
задрожали руки, ноги,
задрожали даже голова и губы, которыми он принимал причастие; он едва имел силы проглотить данную ему каплю — и то тогда только, когда запил ее водой, затем поклонился в землю и стал горячо-горячо молиться, что бог допустил его принять крови и плоти господней!
Груша подала ему довольно толстый пакет. У Вихрова
задрожали уж и
руки: письмо было надписано
рукою Мари.
У Павла
руки и ноги
задрожали и в глазах помутилось.
Я взял безжизненную
руку, привычным уже жестом наложил пальцы и вздрогнул. Под пальцами
задрожало мелко, часто, потом стало срываться, тянуться в нитку. У меня похолодело привычно под ложечкой, как всегда, когда я в упор видел смерть. Я ее ненавижу. Я успел обломать конец ампулы и насосать в свой шприц желтое масло. Но вколол его уже машинально, протолкнул под кожу девичьей
руки напрасно.
Он взял в
руки веревки и быстрыми движениями пальцев заставил
задрожать оба колокола мелкою мелодическою дробью; прикосновения языков были так слабы и вместе так отчетливы, что перезвон был слышен всем, но звук наверное не распространялся дальше площадки колокольни.
Он, как и прежде, стоял в центре громадного темного мира. Над ним, вокруг него, всюду протянулась тьма, без конца и пределов: чуткая тонкая организация подымалась, как упруго натянутая струна, навстречу всякому впечатлению, готовая
задрожать ответными звуками. В настроении слепого заметно сказывалось это чуткое ожидание; ему казалось, что вот-вот эта тьма протянется к нему своими невидимыми
руками и тронет в нем что-то такое, что так томительно дремлет в душе и ждет пробуждения.
И вдруг она опять
задрожала и отшатнулась назад, подымая пред собой, как бы в защиту,
руку и приготовляясь опять заплакать.
Когда же камни были подвязаны, а Петр Степанович приподнялся, Виргинский вдруг
задрожал весь мелкою дрожью, сплеснул
руками и горестно воскликнул во весь голос...
Михаило отирал с лица и бороды грязь, кровь и молчал, оглядываясь. Взгляд его скользнул по лицу матери, — она, вздрогнув, потянулась к нему, невольно взмахнула
рукою, — он отвернулся. Но через несколько минут его глаза снова остановились на лице ее. Ей показалось — он выпрямился, поднял голову, окровавленные щеки
задрожали…
Крики толпы звучали умиротворяюще, просительно, они сливались в неясную суету, и все было в ней безнадежно, жалобно. Сотские повели Рыбина под
руки на крыльцо волости, скрылись в двери. Мужики медленно расходились по площади, мать видела, что голубоглазый направляется к ней и исподлобья смотрит на нее. У нее
задрожали ноги под коленками, унылое чувство засосало сердце, вызывая тошноту.
Чашка чая в
руке матери
задрожала. Саша нахмурила брови, сдерживая свое оживление, помолчала и серьезным голосом, но радостно улыбаясь, сбивчиво проговорила...
В это время послышались шаги, и в темноте показался прохожий, который шел к нам навстречу. Мы оба
задрожали; она чуть не вскрикнула. Я опустил ее
руку и сделал жест, как будто хотел отойти. Но мы обманулись: это был не он.
Но Настенька не смотрела на облако, она стояла молча как вкопанная; через минуту она стала как-то робко, тесно прижиматься ко мне.
Рука ее
задрожала в моей
руке; я поглядел на нее… Она оперлась на меня еще сильнее.
Копье
задрожало в
руке Иоанна. Еще единый миг, оно вонзилось бы в грудь юродивого, но новый крик народа удержал его на воздухе. Царь сделал усилие над собой и переломил свою волю, но буря должна была разразиться.
Но недолго тянется дело у охотника — опытного и хорошего стрелка; только новичок, недавно взявшийся за ружье, может до того разгорячиться, что
задрожат у него и
руки и ноги, и будет он давать беспрестанные промахи, чему способствует близость расстояния, ибо дробь летит сначала кучей.